![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ru_therapistsОтчет о семинаре
Сходила на психологический семинар «Отцовство. Безотцовщина» доктора Александра Ефимовича Алесейчика.
Ну, знаете… нельзя же профессионалам н а с т о л ь к о не уметь отличить психотерапию от жесткого психологического абъюза и последующего кодирования на насилие.
Я продержалась полтора дня, дело окончилось вызовом милиции и медицинским освидетельствованием.
И нет, я не нарушаю тем самым договоренность о сохранении конфиденциальности, - но надеюсь сделать невозможным продолжение бесчинств такого рода под видом психологической помощи хотя бы в пределах Беларуси.
===
Рассказываю в подробностях.
День первый.
Сначала – представление многочисленных участников семинара из разных городов и стран друг другу, потом немного… ну, вероятно это была «теория»…
Меня почему-то немного клонило в сон, из которого выдергивали какие-то анекдоты, вроде «Моя жена – ангел!!! – А моя жива еще…» или милые фразы, вроде «Настоящий мужчина хотя бы однажды должен убить!» Эта конкретно была произнесена позднее, - но она точно была произнесена на психологическом семинаре-тренинге на тему отцовства и мужества терапевтом, называющим себя христианином.
Вторая часть была посвящена комплектации малой группы, и, к большой моей радости,- на семинарах я больше люблю активно работать, чем быть наблюдателем, - я оказалась в малом кругу в качестве «жены» одного из ребят, заявивших о потребности проработать свои психологические проблемы.
Кроме того, у нас оказалась «дочка», взрослая и встревоженная, которой тоже важно было проработать острую актуальную травму в отношениях с отцом.
Впрочем, мы с ней почти немедленно остались без «мужа» и «отца» - он был сослан за дверь за какой-то неосторожный или не слишком вовремя заданный вопрос. Кроме него за дверь была изгнана сильная красивая женщина, выступавшая в роли «тещи» одного из работавших в кругу мужчин, но ей вскоре было позволено вернуться.
Было предложено вернуться и моему «мужу», - но для этого он должен был «нет, не облизать, это уж слишком - просто поцеловать» ботинок тренера. Да, да, вы не ослышались, «просто поцеловать».
Он отказался. У него спросили, как он сейчас себя чувствует и что бы он хотел с этим сделать. Он сказал: «Ну… как рядом с каким-то африканским царьком. Вызвать на коридор и набить морду».
Странное дело, но ему это сошло с рук.
Меня спросили, не хочу ли я попросить его вернуться. Я прислушалась к себе и сказала, что нет, не хочу, потому что очень уважаю его выбор. «Вы утверждаете, что все на свете имеет свою цену, - сказала я, - так вот он счел, что для места в этом кругу эта цена слишком высока».
Мне, кажется, пригрозили высылкой, но в кругу оставили.
Пришло время определять, с чьим запросом мы будем работать прямо сейчас, вызвались двое – мужчина и женщина…
Потом я на короткое время потеряла нить, и очнулась, когда тренер предлагал мужчине ее ударить. Вроде как за то, что она претендует на его первое место. Впрочем, довольно быстро он сказал, что это не обязательно делать самому – можно просто попросить ее ударить… вот, к примеру, «сына».
«Сын» был вроде как другой пары, но на предложение совершенно незнакомого мужчины ударить совершенно незнакомую ему женщину отозвался с энтузиазмом, доказывал вслух самому себе, что у него есть для этого все основания очень убедительно, и мне показалось, что уже почти было решился…
Но тут господин Алексейчик объявил, что сейчас сам покажет ему, как это делается, встал, начал подходить к растерянной и молчащей все это время женщине, - и я встала между ними.
«Нет»,- сказала я.
«Что значит «нет?» - возмутился он. «Сядь на место и не мешай работать».
«Нет», - повторила я. - «Вы не будете бить женщину на глазах у «детей».
Какое-то довольно долгое время, мне показалось, он размышлял, не ударить ли ему меня, и я прикидывала, как правильно поставить «каратэшные» блоки, и какой величины после этого будут синяки на руках.
Внезапно вместо того, чтобы ударить, он меня обнял, и в какой-то момент я уже готова была поверить этому объятию – но уже через секунду он процедил мне сквозь зубы: «Сука».
«Нет», - возразила я намерено тихо.
«Ты сука», - по-прежнему глядя мне в глаза и еще удерживая в объятиях настойчиво повторил он.
«Двойное послание» - отметила я для себя почти автоматически. «Надо же, - подумала, какой шизогенный доктор».
В этот момент за моей спиной как-то оказалась его психиатрическая медсестра. Она приехала с ним на этот семинар в качестве ассистента.
«Сядь. Ты ничего не понимаешь в том, что здесь происходит», - выстрелила она мне прямо в затылок.
За это время мужчина, которому предлагали ударить женщину – тоже обнял ее, и весь круг светился от счастья.
Я села, и человек, сидевший рядом со мной, тоже сказал мне, что я ничего не понимаю в том, что здесь происходит.
Господин Алексейчик велел мне немедленно уйти за дверь.
Я наклонилась к «дочке», спросила ее, останется ли она, или пойдет со мной.
«Я останусь», - сказала она.
«Что там происходит?» - повысил голос доктор.
«Я сказала, что я останусь», - поспешила оправдаться она.
«Вот именно», - сказал он. - «Вместе с тобой пострадают и твои близкие».
«Верно ли я слышу, что вы сейчас шантажируете меня жизнью моего ребенка?» – уточнила я.
«Но именно так всегда и бывает» - сказал второй тренер семинара.
«Верно ли я слышу, что вы сейчас шантажируете меня жизнью моего ребенка?» – повторила я.
«Почему ты так поступила?» - спросил у меня кто-то…
«Потому что все это уже было с этой страной, - сказала я, - и я не хочу, чтобы это повторилось».
«Что - «это?»
«Ссылки, тюрьмы, расстрелы…»
«Выведите ее!!! Кто тебе здесь больше всего нравится?» – спросил меня второй тренер.
Я хотела было честно ответить, но вовремя сообразила, что сейчас выберу себе убийцу - и смолчала.
«Выведи ее», - сказал он тому, на ком я дольше всего задержала взгляд.
Мне было разрешено вернуться только в дальний конец зала.
«Еще одно замечание – и вылетишь вообще» - предупредил меня господин Алексейчик.
Продолжение:
Неловко, право... таких некрасивых фотографий на ФБ мне еще не приходилось публиковать. ))
Семинар «Отцовство. Безотцовщина» доктора Александра Ефимовича Алесейчика, - продолжение.
На второй день семинара случается страшное: я опаздываю к началу. Это сопротивление, конечно: непросто выносить адресную агрессию группы, - но у меня много и объективных причин – сын на кухне задержал разговором, машина обледенела и пришлось долго отколупывать, маршрут выбрала неудачный – пробка на пробке... Мир суров, и кого это волнует. )
Опаздываю буквально на пару минут, делаю, сильно нагнувшись, шаг внутрь аудитории и тихо как мышь усаживаюсь на стул. Меня тут же поднимают и в качестве наказания велят полчаса стоять. Ок, мой косяк, как говорят мои дети, соглашаюсь молча.
Минут через десять в аудиторию входят еще две женщины, им велят стоять до конца этой части.
Стоим, учимся высокому терпению…
В группе происходит какой-то треш про деньги: возьми у того, одолжи тому, обменяй на это, я заплачу, но ты будешь должен в два раза больше… В какой-то момент он трясет перед носом у красивой девушки с тяжелыми проблемами в отношениях с отцом зажатыми в пальцах купюрами, предлагая их «заработать». «Я не понимаю», - говорит она.
Тогда он предлагает своей психиатрической медсестре показать пример. Та растерянно спрашивает: «Прямо здесь и сейчас?» - и вот уже униженно тянет из его рук купюры, смущенно бормоча слова благодарности. «Отец» находит ее «работу» недостаточно «стоящей» и из двух купюр отдает одну – меньшую. Становится невыносимо неловко за этого человека, со всей очевидностью вынужденного унижаться годами…
Я то и дело поглядываю на пожилую женщину, которой приходиться стоять так долго: она бледна, прислонилась к стеночке и держится за спину.
Смотрю на часы: мне уже можно сесть, а вот ей предстоит стоять еще 45 минут… Мне почему-то думается: а вдруг у нее вариакоз, - и я представляю, как сейчас лопаются и растекаются синяками вздутые вены на ее ногах.
Какой-то момент Александр Ефимович произносит слово «милосердие» и меня прорывает, - я поднимаю руку и тихо прошу проявить милосердие прямо сейчас – разрешить ей сесть: она бледна, она прислонилась к стеночке и держится за спину… Она перебивает меня и начинает на меня кричать: «Это я не прислонилась, это я от вас подальше встала, потому что вы – моя мама!!!»
Упс…- думаю я. Отличать расстройства такого рода по внешности я пока не научилась, а вот с таким внезапным переносом интересно было бы поработать…
Доктор немедленно разрешает женщине сесть за правильное поведение, мне же в очередной раз угрожает изгнанием, называет выразительно «вы-родком», «у-родом» и «порождением совка», утверждает, что неплохо бы, чтобы «здешние местные психиатры» поставили мне диагноз («што да чаго», сказала бы моя бабушка) – и велит стоять до конца этой части и всю следующую.
Вскоре у меня начинает болеть спина, я выбираю момент, когда аудитории предложено ответить на какой-то вопрос, отвечаю на него и говорю: «Я вынуждена предупредить, что когда мне станет слишком трудно стоять, я сяду на стул на пять минут». «Нет, - отвечает, - можешь выйти в коридор и полежать на кушеточке. Ишь… на человечность они рассчитывают»… «Александр Ефимович, - возражаю, - я не знаю ситуаций, в которых хоть что-нибудь оказалось бы более ценным, чем человечность».
Через какое-то время тихо-тихо присаживаюсь, но господин тиран немедленно это замечает и велит мне встать и выйти вон. «Я отдохну пять минут и встану». «Кто ее выведет?» - следует вопрос. Какой-то умник укладывает руку ко мне на плечо и больно сжимает его. «Убери руку, - говорю я ему».
Рядом со мной оказывается один из тех, кто работает в малой группе – ну, знаете, из породы «первых учеников». Он требует, чтобы я вышла. Я говорю ему не трогать меня руками, потому что здесь везде камеры, а у меня очень хрупкие сосуды и я точно буду «снимать побои», если он ко мне прикоснется. Про камеры – блеф, к сожалению, но в этот момент они на самом деле были бы крайне полезны. А вот про сосуды – правда. «Действуй в рамках закона, - подсказывает ему кто-то, - ты же юрист». Он кричит, что он не боится никаких камер, потому что у него дядя в КГБ работает, больно хватает меня за руку и вытаскивает из помещения.
«Действо» внутри продолжается без меня, я размышляю, что мне делать дальше. Обедаю вместе со всеми… и в процессе обеда с недоумением обнаруживаю, что несколько человек из тех, на здравую поддержку кого я рассчитывала – настроены против меня убежденно и решительно. Огорчаюсь, конечно.
В процессе размышлений понимаю, что не опробовала еще напоследок родную белорусскую партизанскую тактику сидеть тихо до времени и не высовываться вообще никак, решаюсь опробовать и возвращаюсь в помещение, стараясь остаться незамеченной. Но едва начинается процесс, человек, почему-то стоящий в дверях, униженно объявляет, что он не справился со своей ролью и «Люба оказалась внутри помещения»...
В малой группе в этот момент начинает развиваться какое-то значимое действо, и я замираю, в надежде, что про меня забудут, - но тщетно. «Сначала нужно вывести Любу», - говорит «доктор». Не без труда пробирается ко мне через ряды и ряды стульев «лично», обнимает плечи одной рукой и пытается увести силой.
«Нет», говорю.
«Сколько тебе заплатить, чтобы ты убралась отсюда?» - кричит высокий черноволосый добрый молодец, и достает из кошелька крупные денежные купюры, - 500 евро хватит?» А на перерыве сожалел, что не вправе избивать меня, - всплывает зачем-то у меня в памяти.
Внезапно рядом со мной оказывается моя «дочка» и начинает уговаривать меня уйти, потому что я мешаю процессу. «Отец» орет на нее, что вот ее-то сюда никто не завал, и что она заслуживает, чтобы ее оттаскали за волосы, - показывая при этом, как он с удовольствием сделал бы это – почему-то на коротко стриженном крепыше - и требует от нее что-то унизительное…
Надо же, мозг вычеркнул, что именно она должна была сделать, никак не могу вспомнить. Я отчаянно болею за нее, чтобы она сказала «нет». «Я в такие игры не играю» - говорит она с достоинством - и с позором (с победой, на самом деле, но у меня нет никакой возможности ей об этом сказать) - изгоняется из аудитории.
«Хорошо, - обращается ко мне деспот, - давайте вашими демократическими методами. Кто за то, чтобы Люба ушла? Кто за то, чтобы Люба осталась? Смотри, все против тебя».
В этот момент во мне происходит какой-то значимый «хрясь», и я сдаюсь. В этот момент мне трудно сообразить, что демократия здесь закончится, как только за моей спиной закроется дверь. В этот момент мне в принципе очень трудно соображать.
Меня выносят на руках несколько человек, очень бережно, признаться, выносят, но во мне много горечи и досады: как такое может быть, чтобы ни один из огромной аудитории меня не поддержал??? Как?????? Даже те, на кого я так рассчитывала!!!!!!!!!!
Кто-то зачем-то бежит вызывать охрану, - охранник приходит в том момент, когда рядом со мной еще стоят «выносители тела» (это такие символические похороны, что ли, были?) и зачем-то – психиатрическая медсестра...
Надеялись, что ли, что я им истерику закачу? Фигвам, господа представители карательной психиатрии, знаете, изба такая индейская… «Все в порядке», - говорю я охраннику.
Отпускаю обратно в зал свою «похоронную процессию», иду отдыхать, сначала на подоконник, потом в холл гостиницы, размышляю, что мне теперь со всем этим делать, понимаю, что еще несколько таких изгнаний, - и в этой аудитории в руках жестокого и циничного манипулятора останется абсолютно беспомощная и безответная группа людей, и многие выйдут оттуда с проломанными черепами и будут уверены, что настоящий мужчина – тот, кто может себе позволить безнаказанно бить и унижать женщин и мужчин – и должен безоговорочно и безотказно пресмыкаться перед властью.
Трешь внутри, между тем, продолжается какой-то неслабый: кто-то стоит в дверях, кто-то «патрулирует» коридор. Тюрьма, да и только. Интересно, думаю, для какого же такого «доброго дела» он обеспечил себе такую надежную охрану…
Решаю, что не стоит это, все же, так оставлять. Звоню мужу, советуюсь, он в свою очередь, советуется со «знающими людьми». «Нужно вызывать, конечно - но и у вас, ребята, могут быть проблемы», - уклончиво отвечают «знающие люди». «Надо наказывать», - решаем уже сообща. Прошу его приехать, побыть рядом, а то устала, и страшно, и голова сильно болит, – и через какое-то время вызываю милицию.
«Что произошло?» – спрашивают приехавшие на вызов молоденькие ребята.
«Какая-то тоталитарная секта под видом психологического семинара», - говорю, показывая синяки на руках. Советуюсь с ними, как написать заявления таким образом, чтобы ответственным за произошедшее был именно тренер, а не исполнители: «Ну, как у вас: чтобы ответственность нес в первую очередь тот, кто отдавал приказы». Они включаются в проблему, и формулировать помогают профессионально.
Самое поразительное, однако, случается в конце, когда милиция спускается в аудиторию и все как один участники семинара говорят, что я мешала работе группы...
И только моя изгнанная седая «дочка», - ей пришлось вернуться в помещение за чем-то забытым при изгнании, - обернувшись на мой оклик, говорит взволнованно и потеряно: «Я больше в этом не участвую».
И безумный такой абсолютно взгляд в свою пустоту… (((
Уезжаю подавленной конечно, - одна надежда, что когда дурман в воздухе аудитории развеется, - что-то будет иначе…
Заявление об оскорблении чести и достоинства подала, синяки на руках, ногах и груди подсчитаны, замеряны и учтены, - посмотрим, как работает в Беларуси в такой ситуации правоохранительная система.
Это еще и в ситуациях домашнего насилия чрезвычайно важно.
В общем, небезопасную новую профессию я себе выбрала, други...
Ссылки:
https://www.facebook.com/lbitno/posts/2732045886860116
https://www.facebook.com/story.php?story_fbid=2733399140058124&id=100001641956563
Еще один отзыв:
О психологическом и физическом насилии в психотерапевтических группах Алексейчика А. Е.
Давно думаю об очень тяжёлом для меня опыте. Тяжёлом и в личном плане, и в профессиональном. Решилась им поделиться, поскольку этот опыт касается не только профессионального дискурса с его этическими нормами, но и шире - любого социального опыта, где возможны насилие и манипуляция, где попираются общечеловеческие основания морали, человечности и здравомыслия. Может, кому-то мой опыт и размышления помогут распознать похожие тоталитарные, манипулятивные схемы в своих областях жизни и уберечь себя от разрушения.
В последнее время в моей ленте мелькает очень глубокомысленный текст про необыкновенно мудрого, экзистенциального , христианского и пр. пр. психотерапевта Алексейчика. Это очень известный "психолог", имеющий множество титулов, международных наград, "гуру" и сам "господь бог", у которого куча последователей и преданных учеников, разгадывающих его "великую тайну мастерства". Так вот. Никакой он не психотерапевт, а больной и страшный человек. Садист и манипулятор. 20 лет назад я попала на его "психотерапевтическую" группу. Сейчас могу точно сказать, что участие в его группе стало для меня самым гадким, самым болезненным, самым страшным в психологическом плане событием моей жизни! Когда в фб был флешмоб #янебоюсьсказать, я вспоминала именно этот опыт. Группа с первых минут была основана на авторитарном, шизоидном разрушении всяких оснований здравомыслия и человечности. Были объявлены свои, маразматические правила жизни в группе, которые надо было исполнять под страхом жестокого наказания. Например, опоздавшему надо было стоять сколько-то часов на ногах (там был какой-то индекс, определявший время наказания), кому-то просто так дарились деньги, кого-то он долго бил по голове. Подозреваю, что целью всего этого было полное зомбирование и подгонка всех участников под роли в его (алексейчика) придуманном сценарии. Я наивно вслух пыталась возражать и при этом ещё пытливо, как отличница, искала великий психотерапевтический смысл его деяний. В какой-то момент, когда одного из участников он бил по голове свёрнутым рулоном газет (звонко так), душа моя не выдержала, и я вышла из комнаты... Когда вернулась, была объявлена сатаной. А. трясся в гневе и кричал: "У нас что? В группе нет мужиков? Выломайте ей руки! Она же сатана!" А когда "мужики" нависли надо мной, он с восхищением их останавливал: " А может, не сатана! Она прекрасна, как Богоматерь"... Дальше был просто какой-то кошмар... Мои вещи вышвырнули, меня ударили... Был один мужчина, который тогда за меня заступился и сохранил здравомыслие - Борис Новодержкин. Один из 40-50-ти человек!
Как я тогда доползла до дома, не погибнув под машинами, как я металась по разным психологам, чтобы понять, что это было, как все они нежно и иронично улыбались "Ну-у! Это же Алексейчик..." и обязательно добавляли: "А зачем ты к нему пошла?"... И всё! Ни один психотерапевт (из известных и очень гуманистичных)) не назвал насилие насилием, не возложил ответственность за провокацию и манипуляцию на него, как ведущего группы, не посоветовал , куда можно обратиться за помощью! Потом я долго болела.... Если бы не моя чудесная, любимая семья, которая дала мне защиту и утешение, я бы, ей Богу, просто не выжила... И кстати, мой тогда 10-летний сын Алёшенька первый сказал: " Мамочка, давай-ка в суд на него подавать"... Я не знала, есть ли такие суды, и не чувствовала сил на это...
Что дал мне этот чудовищный опыт? Знание, что ЗЛО существует. Что люди слабы, и их легко запутать. Очень легко! Что прямое противостояние злу, на которое я тогда решилась, требует очень больших сил. Что надо уметь свои силы оценивать адекватно, иначе погибнешь.
В своей психотерапевтической практике у клиентов я стала за версту чувствовать опыт насилия, боль жертвы, её сомнения в своей невиновности. Я помогаю жертвам насилия называть своими словами садизм и жестокость, а главное, не искать этому НИКАКИХ оправданий.
Я поняла, как создаются и функционируют секты. Там, где разрушается общечеловеческая логика, нравственные основания, где рефреном повторяется "кто не с нами, тот враг", где создаётся миф, что здесь происходит нечто особенное и говорить об этом никому нельзя, - там секта. Где лидер группы приравнивает себя к Богу, которому что-то виднее, что-то позволительнее, чем простым смертным, который может нарушать нравственные и физические границы других людей, подвергать их мучительным испытаниям ради "великой цели", открытой только ему, там тоталитарная секта, там опасно для жизни! Бегите оттуда сразу и как можно дальше!!!
А алексейчика надо судить!
Ссылка:
https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1491988200896981&id=100002574456146
Описание метода поклонником Алексейчика http://hpsy.ru/public/x2920.htm
Сходила на психологический семинар «Отцовство. Безотцовщина» доктора Александра Ефимовича Алесейчика.
Ну, знаете… нельзя же профессионалам н а с т о л ь к о не уметь отличить психотерапию от жесткого психологического абъюза и последующего кодирования на насилие.
Я продержалась полтора дня, дело окончилось вызовом милиции и медицинским освидетельствованием.
И нет, я не нарушаю тем самым договоренность о сохранении конфиденциальности, - но надеюсь сделать невозможным продолжение бесчинств такого рода под видом психологической помощи хотя бы в пределах Беларуси.
Рассказываю в подробностях.
День первый.
Сначала – представление многочисленных участников семинара из разных городов и стран друг другу, потом немного… ну, вероятно это была «теория»…
Меня почему-то немного клонило в сон, из которого выдергивали какие-то анекдоты, вроде «Моя жена – ангел!!! – А моя жива еще…» или милые фразы, вроде «Настоящий мужчина хотя бы однажды должен убить!» Эта конкретно была произнесена позднее, - но она точно была произнесена на психологическом семинаре-тренинге на тему отцовства и мужества терапевтом, называющим себя христианином.
Вторая часть была посвящена комплектации малой группы, и, к большой моей радости,- на семинарах я больше люблю активно работать, чем быть наблюдателем, - я оказалась в малом кругу в качестве «жены» одного из ребят, заявивших о потребности проработать свои психологические проблемы.
Кроме того, у нас оказалась «дочка», взрослая и встревоженная, которой тоже важно было проработать острую актуальную травму в отношениях с отцом.
Впрочем, мы с ней почти немедленно остались без «мужа» и «отца» - он был сослан за дверь за какой-то неосторожный или не слишком вовремя заданный вопрос. Кроме него за дверь была изгнана сильная красивая женщина, выступавшая в роли «тещи» одного из работавших в кругу мужчин, но ей вскоре было позволено вернуться.
Было предложено вернуться и моему «мужу», - но для этого он должен был «нет, не облизать, это уж слишком - просто поцеловать» ботинок тренера. Да, да, вы не ослышались, «просто поцеловать».
Он отказался. У него спросили, как он сейчас себя чувствует и что бы он хотел с этим сделать. Он сказал: «Ну… как рядом с каким-то африканским царьком. Вызвать на коридор и набить морду».
Странное дело, но ему это сошло с рук.
Меня спросили, не хочу ли я попросить его вернуться. Я прислушалась к себе и сказала, что нет, не хочу, потому что очень уважаю его выбор. «Вы утверждаете, что все на свете имеет свою цену, - сказала я, - так вот он счел, что для места в этом кругу эта цена слишком высока».
Мне, кажется, пригрозили высылкой, но в кругу оставили.
Пришло время определять, с чьим запросом мы будем работать прямо сейчас, вызвались двое – мужчина и женщина…
Потом я на короткое время потеряла нить, и очнулась, когда тренер предлагал мужчине ее ударить. Вроде как за то, что она претендует на его первое место. Впрочем, довольно быстро он сказал, что это не обязательно делать самому – можно просто попросить ее ударить… вот, к примеру, «сына».
«Сын» был вроде как другой пары, но на предложение совершенно незнакомого мужчины ударить совершенно незнакомую ему женщину отозвался с энтузиазмом, доказывал вслух самому себе, что у него есть для этого все основания очень убедительно, и мне показалось, что уже почти было решился…
Но тут господин Алексейчик объявил, что сейчас сам покажет ему, как это делается, встал, начал подходить к растерянной и молчащей все это время женщине, - и я встала между ними.
«Нет»,- сказала я.
«Что значит «нет?» - возмутился он. «Сядь на место и не мешай работать».
«Нет», - повторила я. - «Вы не будете бить женщину на глазах у «детей».
Какое-то довольно долгое время, мне показалось, он размышлял, не ударить ли ему меня, и я прикидывала, как правильно поставить «каратэшные» блоки, и какой величины после этого будут синяки на руках.
Внезапно вместо того, чтобы ударить, он меня обнял, и в какой-то момент я уже готова была поверить этому объятию – но уже через секунду он процедил мне сквозь зубы: «Сука».
«Нет», - возразила я намерено тихо.
«Ты сука», - по-прежнему глядя мне в глаза и еще удерживая в объятиях настойчиво повторил он.
«Двойное послание» - отметила я для себя почти автоматически. «Надо же, - подумала, какой шизогенный доктор».
В этот момент за моей спиной как-то оказалась его психиатрическая медсестра. Она приехала с ним на этот семинар в качестве ассистента.
«Сядь. Ты ничего не понимаешь в том, что здесь происходит», - выстрелила она мне прямо в затылок.
За это время мужчина, которому предлагали ударить женщину – тоже обнял ее, и весь круг светился от счастья.
Я села, и человек, сидевший рядом со мной, тоже сказал мне, что я ничего не понимаю в том, что здесь происходит.
Господин Алексейчик велел мне немедленно уйти за дверь.
Я наклонилась к «дочке», спросила ее, останется ли она, или пойдет со мной.
«Я останусь», - сказала она.
«Что там происходит?» - повысил голос доктор.
«Я сказала, что я останусь», - поспешила оправдаться она.
«Вот именно», - сказал он. - «Вместе с тобой пострадают и твои близкие».
«Верно ли я слышу, что вы сейчас шантажируете меня жизнью моего ребенка?» – уточнила я.
«Но именно так всегда и бывает» - сказал второй тренер семинара.
«Верно ли я слышу, что вы сейчас шантажируете меня жизнью моего ребенка?» – повторила я.
«Почему ты так поступила?» - спросил у меня кто-то…
«Потому что все это уже было с этой страной, - сказала я, - и я не хочу, чтобы это повторилось».
«Что - «это?»
«Ссылки, тюрьмы, расстрелы…»
«Выведите ее!!! Кто тебе здесь больше всего нравится?» – спросил меня второй тренер.
Я хотела было честно ответить, но вовремя сообразила, что сейчас выберу себе убийцу - и смолчала.
«Выведи ее», - сказал он тому, на ком я дольше всего задержала взгляд.
Мне было разрешено вернуться только в дальний конец зала.
«Еще одно замечание – и вылетишь вообще» - предупредил меня господин Алексейчик.
Продолжение:
Неловко, право... таких некрасивых фотографий на ФБ мне еще не приходилось публиковать. ))
Семинар «Отцовство. Безотцовщина» доктора Александра Ефимовича Алесейчика, - продолжение.
На второй день семинара случается страшное: я опаздываю к началу. Это сопротивление, конечно: непросто выносить адресную агрессию группы, - но у меня много и объективных причин – сын на кухне задержал разговором, машина обледенела и пришлось долго отколупывать, маршрут выбрала неудачный – пробка на пробке... Мир суров, и кого это волнует. )
Опаздываю буквально на пару минут, делаю, сильно нагнувшись, шаг внутрь аудитории и тихо как мышь усаживаюсь на стул. Меня тут же поднимают и в качестве наказания велят полчаса стоять. Ок, мой косяк, как говорят мои дети, соглашаюсь молча.
Минут через десять в аудиторию входят еще две женщины, им велят стоять до конца этой части.
Стоим, учимся высокому терпению…
В группе происходит какой-то треш про деньги: возьми у того, одолжи тому, обменяй на это, я заплачу, но ты будешь должен в два раза больше… В какой-то момент он трясет перед носом у красивой девушки с тяжелыми проблемами в отношениях с отцом зажатыми в пальцах купюрами, предлагая их «заработать». «Я не понимаю», - говорит она.
Тогда он предлагает своей психиатрической медсестре показать пример. Та растерянно спрашивает: «Прямо здесь и сейчас?» - и вот уже униженно тянет из его рук купюры, смущенно бормоча слова благодарности. «Отец» находит ее «работу» недостаточно «стоящей» и из двух купюр отдает одну – меньшую. Становится невыносимо неловко за этого человека, со всей очевидностью вынужденного унижаться годами…
Я то и дело поглядываю на пожилую женщину, которой приходиться стоять так долго: она бледна, прислонилась к стеночке и держится за спину.
Смотрю на часы: мне уже можно сесть, а вот ей предстоит стоять еще 45 минут… Мне почему-то думается: а вдруг у нее вариакоз, - и я представляю, как сейчас лопаются и растекаются синяками вздутые вены на ее ногах.
Какой-то момент Александр Ефимович произносит слово «милосердие» и меня прорывает, - я поднимаю руку и тихо прошу проявить милосердие прямо сейчас – разрешить ей сесть: она бледна, она прислонилась к стеночке и держится за спину… Она перебивает меня и начинает на меня кричать: «Это я не прислонилась, это я от вас подальше встала, потому что вы – моя мама!!!»
Упс…- думаю я. Отличать расстройства такого рода по внешности я пока не научилась, а вот с таким внезапным переносом интересно было бы поработать…
Доктор немедленно разрешает женщине сесть за правильное поведение, мне же в очередной раз угрожает изгнанием, называет выразительно «вы-родком», «у-родом» и «порождением совка», утверждает, что неплохо бы, чтобы «здешние местные психиатры» поставили мне диагноз («што да чаго», сказала бы моя бабушка) – и велит стоять до конца этой части и всю следующую.
Вскоре у меня начинает болеть спина, я выбираю момент, когда аудитории предложено ответить на какой-то вопрос, отвечаю на него и говорю: «Я вынуждена предупредить, что когда мне станет слишком трудно стоять, я сяду на стул на пять минут». «Нет, - отвечает, - можешь выйти в коридор и полежать на кушеточке. Ишь… на человечность они рассчитывают»… «Александр Ефимович, - возражаю, - я не знаю ситуаций, в которых хоть что-нибудь оказалось бы более ценным, чем человечность».
Через какое-то время тихо-тихо присаживаюсь, но господин тиран немедленно это замечает и велит мне встать и выйти вон. «Я отдохну пять минут и встану». «Кто ее выведет?» - следует вопрос. Какой-то умник укладывает руку ко мне на плечо и больно сжимает его. «Убери руку, - говорю я ему».
Рядом со мной оказывается один из тех, кто работает в малой группе – ну, знаете, из породы «первых учеников». Он требует, чтобы я вышла. Я говорю ему не трогать меня руками, потому что здесь везде камеры, а у меня очень хрупкие сосуды и я точно буду «снимать побои», если он ко мне прикоснется. Про камеры – блеф, к сожалению, но в этот момент они на самом деле были бы крайне полезны. А вот про сосуды – правда. «Действуй в рамках закона, - подсказывает ему кто-то, - ты же юрист». Он кричит, что он не боится никаких камер, потому что у него дядя в КГБ работает, больно хватает меня за руку и вытаскивает из помещения.
«Действо» внутри продолжается без меня, я размышляю, что мне делать дальше. Обедаю вместе со всеми… и в процессе обеда с недоумением обнаруживаю, что несколько человек из тех, на здравую поддержку кого я рассчитывала – настроены против меня убежденно и решительно. Огорчаюсь, конечно.
В процессе размышлений понимаю, что не опробовала еще напоследок родную белорусскую партизанскую тактику сидеть тихо до времени и не высовываться вообще никак, решаюсь опробовать и возвращаюсь в помещение, стараясь остаться незамеченной. Но едва начинается процесс, человек, почему-то стоящий в дверях, униженно объявляет, что он не справился со своей ролью и «Люба оказалась внутри помещения»...
В малой группе в этот момент начинает развиваться какое-то значимое действо, и я замираю, в надежде, что про меня забудут, - но тщетно. «Сначала нужно вывести Любу», - говорит «доктор». Не без труда пробирается ко мне через ряды и ряды стульев «лично», обнимает плечи одной рукой и пытается увести силой.
«Нет», говорю.
«Сколько тебе заплатить, чтобы ты убралась отсюда?» - кричит высокий черноволосый добрый молодец, и достает из кошелька крупные денежные купюры, - 500 евро хватит?» А на перерыве сожалел, что не вправе избивать меня, - всплывает зачем-то у меня в памяти.
Внезапно рядом со мной оказывается моя «дочка» и начинает уговаривать меня уйти, потому что я мешаю процессу. «Отец» орет на нее, что вот ее-то сюда никто не завал, и что она заслуживает, чтобы ее оттаскали за волосы, - показывая при этом, как он с удовольствием сделал бы это – почему-то на коротко стриженном крепыше - и требует от нее что-то унизительное…
Надо же, мозг вычеркнул, что именно она должна была сделать, никак не могу вспомнить. Я отчаянно болею за нее, чтобы она сказала «нет». «Я в такие игры не играю» - говорит она с достоинством - и с позором (с победой, на самом деле, но у меня нет никакой возможности ей об этом сказать) - изгоняется из аудитории.
«Хорошо, - обращается ко мне деспот, - давайте вашими демократическими методами. Кто за то, чтобы Люба ушла? Кто за то, чтобы Люба осталась? Смотри, все против тебя».
В этот момент во мне происходит какой-то значимый «хрясь», и я сдаюсь. В этот момент мне трудно сообразить, что демократия здесь закончится, как только за моей спиной закроется дверь. В этот момент мне в принципе очень трудно соображать.
Меня выносят на руках несколько человек, очень бережно, признаться, выносят, но во мне много горечи и досады: как такое может быть, чтобы ни один из огромной аудитории меня не поддержал??? Как?????? Даже те, на кого я так рассчитывала!!!!!!!!!!
Кто-то зачем-то бежит вызывать охрану, - охранник приходит в том момент, когда рядом со мной еще стоят «выносители тела» (это такие символические похороны, что ли, были?) и зачем-то – психиатрическая медсестра...
Надеялись, что ли, что я им истерику закачу? Фигвам, господа представители карательной психиатрии, знаете, изба такая индейская… «Все в порядке», - говорю я охраннику.
Отпускаю обратно в зал свою «похоронную процессию», иду отдыхать, сначала на подоконник, потом в холл гостиницы, размышляю, что мне теперь со всем этим делать, понимаю, что еще несколько таких изгнаний, - и в этой аудитории в руках жестокого и циничного манипулятора останется абсолютно беспомощная и безответная группа людей, и многие выйдут оттуда с проломанными черепами и будут уверены, что настоящий мужчина – тот, кто может себе позволить безнаказанно бить и унижать женщин и мужчин – и должен безоговорочно и безотказно пресмыкаться перед властью.
Трешь внутри, между тем, продолжается какой-то неслабый: кто-то стоит в дверях, кто-то «патрулирует» коридор. Тюрьма, да и только. Интересно, думаю, для какого же такого «доброго дела» он обеспечил себе такую надежную охрану…
Решаю, что не стоит это, все же, так оставлять. Звоню мужу, советуюсь, он в свою очередь, советуется со «знающими людьми». «Нужно вызывать, конечно - но и у вас, ребята, могут быть проблемы», - уклончиво отвечают «знающие люди». «Надо наказывать», - решаем уже сообща. Прошу его приехать, побыть рядом, а то устала, и страшно, и голова сильно болит, – и через какое-то время вызываю милицию.
«Что произошло?» – спрашивают приехавшие на вызов молоденькие ребята.
«Какая-то тоталитарная секта под видом психологического семинара», - говорю, показывая синяки на руках. Советуюсь с ними, как написать заявления таким образом, чтобы ответственным за произошедшее был именно тренер, а не исполнители: «Ну, как у вас: чтобы ответственность нес в первую очередь тот, кто отдавал приказы». Они включаются в проблему, и формулировать помогают профессионально.
Самое поразительное, однако, случается в конце, когда милиция спускается в аудиторию и все как один участники семинара говорят, что я мешала работе группы...
И только моя изгнанная седая «дочка», - ей пришлось вернуться в помещение за чем-то забытым при изгнании, - обернувшись на мой оклик, говорит взволнованно и потеряно: «Я больше в этом не участвую».
И безумный такой абсолютно взгляд в свою пустоту… (((
Уезжаю подавленной конечно, - одна надежда, что когда дурман в воздухе аудитории развеется, - что-то будет иначе…
Заявление об оскорблении чести и достоинства подала, синяки на руках, ногах и груди подсчитаны, замеряны и учтены, - посмотрим, как работает в Беларуси в такой ситуации правоохранительная система.
Это еще и в ситуациях домашнего насилия чрезвычайно важно.
В общем, небезопасную новую профессию я себе выбрала, други...
Ссылки:
https://www.facebook.com/lbitno/posts/2732045886860116
https://www.facebook.com/story.php?story_fbid=2733399140058124&id=100001641956563
Еще один отзыв:
О психологическом и физическом насилии в психотерапевтических группах Алексейчика А. Е.
В последнее время в моей ленте мелькает очень глубокомысленный текст про необыкновенно мудрого, экзистенциального , христианского и пр. пр. психотерапевта Алексейчика. Это очень известный "психолог", имеющий множество титулов, международных наград, "гуру" и сам "господь бог", у которого куча последователей и преданных учеников, разгадывающих его "великую тайну мастерства". Так вот. Никакой он не психотерапевт, а больной и страшный человек. Садист и манипулятор. 20 лет назад я попала на его "психотерапевтическую" группу. Сейчас могу точно сказать, что участие в его группе стало для меня самым гадким, самым болезненным, самым страшным в психологическом плане событием моей жизни! Когда в фб был флешмоб #янебоюсьсказать, я вспоминала именно этот опыт. Группа с первых минут была основана на авторитарном, шизоидном разрушении всяких оснований здравомыслия и человечности. Были объявлены свои, маразматические правила жизни в группе, которые надо было исполнять под страхом жестокого наказания. Например, опоздавшему надо было стоять сколько-то часов на ногах (там был какой-то индекс, определявший время наказания), кому-то просто так дарились деньги, кого-то он долго бил по голове. Подозреваю, что целью всего этого было полное зомбирование и подгонка всех участников под роли в его (алексейчика) придуманном сценарии. Я наивно вслух пыталась возражать и при этом ещё пытливо, как отличница, искала великий психотерапевтический смысл его деяний. В какой-то момент, когда одного из участников он бил по голове свёрнутым рулоном газет (звонко так), душа моя не выдержала, и я вышла из комнаты... Когда вернулась, была объявлена сатаной. А. трясся в гневе и кричал: "У нас что? В группе нет мужиков? Выломайте ей руки! Она же сатана!" А когда "мужики" нависли надо мной, он с восхищением их останавливал: " А может, не сатана! Она прекрасна, как Богоматерь"... Дальше был просто какой-то кошмар... Мои вещи вышвырнули, меня ударили... Был один мужчина, который тогда за меня заступился и сохранил здравомыслие - Борис Новодержкин. Один из 40-50-ти человек!
Как я тогда доползла до дома, не погибнув под машинами, как я металась по разным психологам, чтобы понять, что это было, как все они нежно и иронично улыбались "Ну-у! Это же Алексейчик..." и обязательно добавляли: "А зачем ты к нему пошла?"... И всё! Ни один психотерапевт (из известных и очень гуманистичных)) не назвал насилие насилием, не возложил ответственность за провокацию и манипуляцию на него, как ведущего группы, не посоветовал , куда можно обратиться за помощью! Потом я долго болела.... Если бы не моя чудесная, любимая семья, которая дала мне защиту и утешение, я бы, ей Богу, просто не выжила... И кстати, мой тогда 10-летний сын Алёшенька первый сказал: " Мамочка, давай-ка в суд на него подавать"... Я не знала, есть ли такие суды, и не чувствовала сил на это...
Что дал мне этот чудовищный опыт? Знание, что ЗЛО существует. Что люди слабы, и их легко запутать. Очень легко! Что прямое противостояние злу, на которое я тогда решилась, требует очень больших сил. Что надо уметь свои силы оценивать адекватно, иначе погибнешь.
В своей психотерапевтической практике у клиентов я стала за версту чувствовать опыт насилия, боль жертвы, её сомнения в своей невиновности. Я помогаю жертвам насилия называть своими словами садизм и жестокость, а главное, не искать этому НИКАКИХ оправданий.
Я поняла, как создаются и функционируют секты. Там, где разрушается общечеловеческая логика, нравственные основания, где рефреном повторяется "кто не с нами, тот враг", где создаётся миф, что здесь происходит нечто особенное и говорить об этом никому нельзя, - там секта. Где лидер группы приравнивает себя к Богу, которому что-то виднее, что-то позволительнее, чем простым смертным, который может нарушать нравственные и физические границы других людей, подвергать их мучительным испытаниям ради "великой цели", открытой только ему, там тоталитарная секта, там опасно для жизни! Бегите оттуда сразу и как можно дальше!!!
А алексейчика надо судить!
Ссылка:
https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1491988200896981&id=100002574456146
Описание метода поклонником Алексейчика http://hpsy.ru/public/x2920.htm
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2019-11-05 09:13 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-05 09:44 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-05 10:24 am (UTC)Это не групповая психотерапия и не тренинг, это игры для покрепления своего эго за счет других людей
no subject
Date: 2019-11-05 08:10 pm (UTC)тогда ничего удивительно - как они похожи! и удивительно немного, что это в Минске. У нас же психологи лицензию должны получать. (если не путаю актуальность этого факта на сегодня)Т.е способы воздействовать проф.сообществом должны быть. Я думаю в законадательстве РБ , если покопаться, можно найти зацепки. но они не прямые будут, нужно уметь их связывать. Например, законы на тему защиты прав потребителей - там куча перекосов в пользу потребительского экстримизма, но возможно,в данной ситуации они могут быть на руку
no subject
Date: 2019-11-05 08:54 pm (UTC)оказывается, в самой Латвии, на него уже были жалобы. По тем же причинам - методы работы, которые сам автор тренингов, находит ок, ну - причем до сих пор,судя по посту, и не глядя на то,что ща 21 век и его методы явно устарели.
Вопщим то история про тех, кто считает лоботомией до сих пор достойным методом для решения проблем с головой, - не зря же нобелевку дали. Ну а то, что она признана варварством постфактум, - не. ну вы что - эффективно же)):(
Я так и не поняла. чем завершилось дело тогда в Латвии, но если автор темы читает и намеревается какието действия предпринимать, то ознакомится с историей вопроса не помешает :
https://ru-existential.livejournal.com/617116.html#comments
https://ru-existential.livejournal.com/tag/vilnius
no subject
Date: 2019-11-06 07:42 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-17 08:04 am (UTC)no subject
Date: 2019-12-09 11:05 am (UTC)Оксана Романовская (https://www.facebook.com/oksana.romanovska.7) вот тут (https://www.facebook.com/lbitno/posts/2732045886860116?comment_id=2734676049930433)
Юрий Живоглядов (https://www.facebook.com/yuri.zhiv). Похоже, что оправдывает, называя всех осуждающих непрофессионалами (https://www.facebook.com/lbitno/posts/2732045886860116?comment_id=2736018703129501&reply_comment_id=2736259529772085)
no subject
Date: 2019-12-11 04:31 pm (UTC)HEPI и прочие
Date: 2021-10-23 04:19 pm (UTC)Я ЛИЧНО знаю этих людей (не всех близко, но ОДНОГО ОЧЕНЬ БЛИЗКО), их характеры и МЕТОДЫ "обучения" — т.н. "институт экзистенциальной психотерапии" HEPI (эмоциональное насилие). Внесите ВЕСЬ интститут. Там "почётным" "преподаёт" алексейчик. Его "основатели" лично : директор Р. Кочунас (приглашается везде, много в Москву! лично методы не знаю, но встречала и разговаривала достаточно лично), зам.директора Римвидас Будрис (это совсем). Выпускает "терапевтов" пачками по всему пост-совку. Практически все (окончившие) индоктринированы.
Лично была в Самаре, где проводился семинар с участием алексейчика и прочих — на заключительном собрании алексейчик рассказал дебильный женоневистнический детский советский анекдот ("а зачем тогда ты женился на маме, папа? — и сам не знаю, сынок" ?!... (ЭТО уровень его "интреллекта"?! )
и хвалебную историю про себя ("а дочка ответила мне, что слушается меня, ПОТОМУ ЧТО Я МУЖЧИНА!" - В ОТЛИЧИЕ ОТ МАМЫ И БАБУШКИ, КОТОРЫХ НЕ СЛУШАЕТСЯ).
ПОРАЗИЛ МЕНЯ УРОВЕНЬ И его самого, И всего сборища - И глупости, И женоненавистничества, И махровый патриархат, И принятия и обожания оных "учащимися. (Правда, МНЕ некоторые выказывали своё фу о них, НО НИКТО никогда нигде публично!!! Более того, ездят и платят им деньги! Не знаю точно, почему и зачем — могу догадываться! Например, получении очередной бумажки, дающей путь в более "светлое (финансово, полагаю) будущее". Или вот ответ 3- веселящихся молодушек из Питера и Москвы " да, дали старичкам заработать. А мы отдохнём на волге" ?!.. Лукавый ответ — ведь можно отдохнуть и без, не тратя весь день на всё-равно пребывание в их пустых, даже вредных, "семинарах"... что-то тут не так.
Алексейчик А.Е., Каган В.Е., Идрисов Г.А. (КОШМАРНЫЙ! , Будрис Р. http://hpsy.ru/edu/1713.htm
Я встала и задала вопрос (прозрачный, очевидно) "Что для вас значит "мужчина"?!" Алексейчик начал меня гнобить. Я повторяла свой вопрос, раза 3. Потом ко мне пролезла толстая баба (по виду, торговка с рынка, НО тоже типа"психотерапевт"!..) и громко закричала мне перестать и давила на меня своими телесами. Я выскочила, слегка трясясь.
ДЕЛО ПРОИСХОДИЛО НА КОРАБЛИКЕ ПО ВОЛГЕ. Я выскочила наверх на палубу. И ВДРУГ!.. Следом за мной прибежала милая девушка из Казахстана, начинающая психотерапевт и, схватит меня за руку, воскликнула "СПАСИБО ТЕБЕ! ТЫ ТАКАЯ СМЕЛАЯ! МЫ ТОЖЕ ВСЕ ТАК ЖЕ ДУМАЕМ, НО БОИМСЯ СКАЗАТЬ!" ....... С ума сойти...
Кроме того, что я испытала глубоко положительный "опыт успеха" и подтвЕРждения, ещё важнее вот что:
1 — Я ВЕДЬ ТОЛЬКО ЗАДАЛА ВОПРОС! А ОНИ ПОНЯЛИ, ЧТО ИМЕЕТСЯ В ВИДУ! Мы тоже ТАК думаем"!...
2 — "все" — это она, конечно, принимала желаемой за действительное.
3 — ЗАДУМАТЬСЯ ВСЕМ (в постсовках, особо занимающихся психотерапией, педагогикей и пр.), КТО НЕ В ЭТОМ СТРАШНОМ ДУРМАНЕ:
"ОНИ БОЯТЬСЯ!" (Там была куча мужчин тоже, кстати.) Чего боятся?! Почему?!
и ГЛАВНОЕ:
вся проблема СИСТЕМНОГО насилия, которая продолжает практиковаться не только в психотерапии и т. д., НО И В ОБУЧЕНИИ ПОСЛЕДУЮЩИХ психотерапевтов!!!!
То, что эта тема не поднимается, не осознаётся на постосветском пространстве, что они продолжают своё насилие И УЧАТ ДРУГИЕ ПОКОЛЕНИЯ психбольных как они сами (очевидно, с большим желанием учащихся у них, например, в HEPI в Бирштонасе в Литве НА РУССКОМ — чтобы для всех постсовков!) — это чудовищно!!!
no subject
Date: 2019-11-06 08:11 pm (UTC)Там отзыв в двух частях, и из-за особенностей фейсбука вторая часть может оказаться не находима без прямой ссылки. Добавите?
no subject
Date: 2019-11-17 08:02 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-17 09:20 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-18 04:13 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-18 05:30 am (UTC)https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1491988200896981&id=100002574456146
no subject
Date: 2019-11-07 04:03 am (UTC)Ну да ладно, здешние читатели сами справятся решить, что им подходит. Хорошо, что хотя бы увидят отзыв и будут заранее знать про возможный стиль работы.
no subject
Date: 2019-11-18 05:44 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-21 06:05 am (UTC)1) не у всех есть фб
2) в фб посты имеют свойство теряться, закрываться, авторы когда-нибудь чистят посты или удаляют, когда удаляются авторы или комментаторы, посты и комменты исчезают с ними, бывает что посты закрывают после жалоб или угроз
no subject
Date: 2019-11-22 04:44 am (UTC)no subject
Date: 2019-11-22 05:12 pm (UTC)no subject
Date: 2020-01-18 05:43 pm (UTC)И откуда целые толпы безвольных недалёких дядек, участвующих в этой бредятине?! Рыбак рыбака видит издалека? Такая схема? Регулярное сползание без[базально]ядерных, как у мискобактерий?
Простите за обилие эмоций, но в 21 веке для меня такой идиотический паноптикум просто невообразим.
Лена Ю.
no subject
Date: 2021-05-14 08:39 am (UTC)no subject
Date: 2021-08-18 12:52 pm (UTC)Это сложный для меня пост по многим причинам. Но я должна это сделать ради себя.
Я была одной из участниц психологической группы «Жить, быть, любить», которую с сентября по май проводили в Минске Виктория Мельникова и Николай Туленков.
Вику я знала до группы, с Колей я виделась единожды на киновстрече. У меня было полное доверие к терапевту и ко-терапевту.
Я ушла из группы в феврале после инцидента.
На одной из встреч я высказалась, что мне сложно выносить все то, что творится вокруг в стране. Как-то все вырулило в то, что, по мнению терапевтов, я не могу выражать свои эмоции, давать адекватную реакцию на насилие.
Коля попытался добиться от меня злости, гнева, т.е. реакции. Для этого не раз называл, например, меня тупой. В конце группы я выдала-таки нужную, видимо, реакцию. Я плакала, кричала и била мягкими палочками об пол.
В конце группы Вика попросила Колю больше при ней не называть меня тупой и предложила мне взять с Коли деньги в качестве компенсации. Я просила сначала 10 рублей, но по настоянию Вики сумму увеличили до 100.
Через неделю мой запрос, чуть в другой форме, но повторился. Чтобы опять вывести меня на нужные реакции Коля
сказал мне пройти на коленях несколько кругов перед всей группой или положить в банк группы деньги. Я отказывалась, но, видимо, не так, как им было нужно или достаточно.
Я не понимала, что происходит, ситуация зашла в тупик.
Тогда Коля подошёл ко мне и очень сильно начал щипать за плечо. Делал это достаточно долго.
Я застыла, замерла, не смогла выдать никакую реакцию.
Затем Коля взял мягкие тряпичные палочки и начал меня бить ими по голове и плечам. Я закрывала голову руками, застыла и ждала, пока все это закончится. Это все происходило с молчаливого согласия Вики. Она не вмешивалась. А закончилось избиение только после того, как другая участница группы крикнула: «Стоп!».
Для меня это было огромной травмой. Я справлялась сама + была онлайн поддержка другого психолога, которую мне рекомендовали друзья. Ни Вика, ни Коля не поинтересовались моим самочувствием с вечера четверга до утра понедельника, пока я не написала в группу, что больше ходить не буду.
Вика и Коля настояли на том, что мы должны встретиться и обсудить ситуацию. Мы созвонились онлайн.
Меня уверяли, что все произошедшее со мной было сделано мне во благо. А Коля даже пожаловался на то, что ему было тяжело решиться на такой поступок.
Я задавала вопрос о том, какие же последствия будут для них после всего произошедшего. Просила сказать в группе, что такие методы не допустимы. Но поняла, что этого не будет, потому что они не считали, что сделали что-то плохое.
Из того, что я знала, группа продолжалась, все было тихо.
Я обращалась ко многим психологам после, в том числе к кризисным психологам из МЧС России. И не с попыткой, как говорили мне на последней встрече Коля и Вика, найти себе нового спасателя, а с одним вопросом: нормально ли, допустимо ли то, что со мной произошло. И все в один голос утверждали, что нет. Но мне надо было убеждаться в этом снова и снова, потому что я внутренне из-за доверия к терапевтам пыталась оправдать или найти объяснение их действиям.
Я почти уговорила себя забыть и отпустить ситуацию. Пока на прошлой неделе от моего врача мне не пришло сообщение о том, что ей жаль, что со мной произошли такие события. И это стало той последней каплей, которая позволила мне окончательно убедиться в неправильности ситуации. Я очень ей благодарна за поддержку.
Я не хотела и не хочу мести, разборок.
Но я увидела пост Дмитрия Лицова, а под ним много комментариев. Что, якобы, не может быть битья и прочего. Что Вика и Коля супер профессионалы. А одна женщина написала в комментарии, что ждёт всех их в гости и рада быть «битой».
И я не могу и не хочу теперь молчать. Я была и есть. И меня били, щипали, обзывали и унижали. Не я первая назвала эти фамилии. Но теперь скажу: это все делал со мной Николай Туленков, а Виктория Мельникова наблюдала и не вмешивалась.
Я рассказываю о себе.
Знаю, всегда есть несколько правд. И, уверена, многие выберут верить не в мою правду.
Но я должна ее рассказать.
И у этого, наконец-то, будут какие-то последствия.
https://www.facebook.com/cryshtopa/posts/3892322230874150
no subject
Date: 2021-08-18 12:53 pm (UTC)Из комментариев. Рассказ о действиях некоего Лицова, который учился у Алексейчика (а Мельникова то ли училась у Лицова, то ли он ее супервизор)
Алла Гилеп Алла, привет, насчёт лицемерия. Помнишь на нашей группе, когда ты спросила про семинары Лицова, какую я дала обратную связь? Тогда я не указала точную причину, по какой не надо идти, так вот, если кратко, Лицов меня прилюдно оскорблял и словесно унижал, цинично, смакуя каждое слово и наблюдая за моей реакцией. Долго и с каждым разом удар был все сильнее. Хотел вызвать во мне реакцию гнева, бил в мою уязвимость. Так вот, моя психика напрочь вытеснила тот факт, что Вика при всем этом присутствовала, что она мне настоятельно рекомендовала его семинар, что он мне поможет, а на семинаре никак не остановила насилие надо мной. Был семинар замечу года 3-4 назад. И после семинара я осталась у Вики как у терапевта. Лицемерно ли будет с моей стороны обвинять сейчас Вику в молчании? И в том, что с учётом терапии, пусть не постоянной, но все же, и Викиной бережности, внимания, теплоты, участия к 2019 году я получаю диагноз клиническая депрессия. Ни с того ни с сего вроде как. Могла ли она разглядеть взаимосвязь моего ухудшения состояния с семинаром Лицова? Я вот не знаю..видит ли сейчас? Тоже хз..я пошла на нашу группу в полном смятении, хотя и выдвинула условие, что если группа будет с методами как у Лицова, я не пойду. И до последнего дня не хотела идти, но мне уже была такая крышка, что пошла. И да, я благодарила тогда и Вику, и Колю. Хотя со стороны Коли в мой адрес пару раз тоже что-то было, насмехался надо мной с издёвкой, тоже гнев вызывал. А вот недавно я поняла, что не случись со мной того насилия у Лицова, если бы меня не бросили одну переживать весь ад, я бы уже давно была здоровой. Поэтому насчёт лицемерия это ты зря.
Ещё все это подаётся под соусом во благо: тебя бьют во благо, унижают во благо, оскорбляют во благо, орут во благо и тд. Те насилие во благо, любя. В посте Лицова, который он удалил, очень хорошо был показан принцип его терапии (жаль, что я скрин не всего поста сделала), суть: для ребёнка-жертвы страдания и боль это любовь, только страдая он понимает, что его любят, получает порцию любви.
no subject
Date: 2021-08-18 12:55 pm (UTC)Юлия Василькина
Для меня каждый раз вопрос: что в это время происходит с группой? Группа не вступается за своего члена (к счастью, все же одна участница нашлась).
Так высока вера в мастерство ведущего и в то, что он не может навредить и "знает, что делает"?
Татьяна Крыштопа
Юлия, группу до этого учат не вмешиваться. Попытки как-то помешать назывались «спасательством» и пресекались. Был угрозы удалить из группы либо финансовые наказания. Все ваши предположения, мне кажется, правдивы. Более того, некоторые участники говорили и про большое доверие, и про собственную травму, и про замирание.
no subject
Date: 2024-09-12 04:29 am (UTC)Несите весь этот тухлый бред своему терапевту, а не сюда.